7 лет дождливой осени

Примерно полгода испытываю желание поставить стол посреди кухни, застелить его газетой, сварить картошки в мундирах, нарезать сала, почистить лук, махнуть стопку водки и занюхать ее горечь последним куском слегка заплесневелого хлеба. Потом, несколько раз затянуться «Беломором» и наливая вторую, погасить папиросу в пепельницу возле шипящих окурков твоего «Мальборо»… чтоб удобней было клеить скотчем рваные купюры. И все это только для того, дабы еще раз услышать твое обнадеживающее...

– Малый, не страдай фигней, завтра обещали дать зарплату.


Уже и не припомню, что это был за праздник (и был ли это повод выпить) Ибо в памяти моей остался только разговор о жизни, которую мы бы (скорей всего) прожили иначе, будь наши родители живы. Почему то, только после твоей смерти, я понял, каким был счастливым, когда ты был жив. 

В детстве, ты всегда защищал меня. Даже от взрослых, что никак не могли поделить между собой наше наследство и заменить нам родителей. Помню, как опекал меня, когда дядя с тетей (для отвода глаз) играли в семью и (выясняя отношения) делали нас крайними в своих бедах. Никогда не забуду, как они настраивали нас друг против друга, после чего мы придумывали, как бы им подыграть и при этом самим не поссорится.

Как каждое лето (по 5 км туда и обратно) ходили пешком в деревню к деду, чтобы на деньги, которые нам давали на дорогу, купить сигарет. Как собирали ягоды и продавали их, а потом покупали какую-нибудь качественную одежку, чтобы потом я мог доносить ее после тебя. Как утром бегали на рынок раскладывать продуктовые палатки, а после школы, ходили к дяде в тарный цех и помогали ему сколачивать ящики, дабы в конце месяца у него была премия (из которой нам всегда перепадало на мороженное). Как до ночи зачитывались книгами, не обращая внимания на недовольство тети, что (до сих пор повернута на экономии) кричала нам  Хватит свет впустую жечь!

По ходу, я был счастлив, даже когда спал на полу возле двери в позе зародыша и боялся пошевелиться, дабы случайно не задеть старый шкаф, что иногда сам по себе открывался с жутким скрипом. Знаешь, а я ведь тогда очень злился на тебя, ведь ты спал на диване, пусть и в холодной комнате, за то один. Ты же не накрывал подушкой голову, дабы хоть как-то приглушить звонкий храп, и на тебя систематически не наступали, лишь потому что забывали, что ты там спишь. До сих пор не понимаю подобного лечения больного позвоночника. То есть, на полу в теплой комнате спать можно, а на жестком диване возле брата никак нельзя, и только потому, что там холодно. Возможно, если бы ты поутру не рассказывал о том, как хорошо выспался, я бы не чувствовал себя лишним.

Помню, с каким нетерпением оба ждали моего совершеннолетия, дабы официально получить возможность разбежаться по своим судьбам. На то время у меня уже был сын, и я с головой ушел в название «семья». А ты уехал за бугор на вольные хлеба и все хотел втемяшить мне в башку, что я воспитываю чужого ребенка, и что бывшая жена попросту сведет меня в гроб, если я не уйду от нее.

Иногда становится не по себе… ведь ты так пытался уберечь меня от смерти, а сам умер от женских рук (будто на своем примере показал, что может произойти со мной)

Никогда не забуду, как я обрадовался, когда ты сообщил мне, что едешь домой. 

– Давай я тебя встречу.

– Я шо блять министр что ли, сам доберусь!

Увы, не помню, какими были мои последние слова, ведь мы тогда думали, что еще встретимся. Я не верил, что ты умер даже когда увидел, как тебя выносят замотанным в простыню и грузят абы как в багажник такси. Не помню самих похорон, но часто вспоминаю как выносили гроб из подъезда и он зацепился за почтовые ящики. У меня тогда сложилось такое впечатление, будто ты не хотел уходить из того дурдома с которого мы всегда мечтали сбежать. 

* * * * *

Сегодня, даже не смотря на то, что на улице довольно таки прохладно, весь день шел тихий и теплый дождь. Плачешь наверное… и я с тобой плачу, но лишь потому что не знаю, как тебя утешить. Прости брат, но каждую осень (в день твоей смерти) я наивно жду от тебя звонка, а через 43 дня (вместо приторных «здоровья и счастья») желаю земли пухом.

  Земфира – Мачо


Обсудить у себя 4